4 Родословная

Раздел содержит краткие данные о родственниках Николая Алексеевича Руфицкого как по отцовской линии (Руфицких), так и по материнской линии (Робустовых). Последние годы жизни Николай Алексеевич очень много времени уделил розыску архивных документов, относящихся к его дядям - священникам, репрессированным в 1930 и в 1937 гг. По его запросам были выданы и теперь уже опубликованы скупые сведения об их жизни и кончине. Эти сведения опубликованы на сайте Православного Свято-Тихоновского гуманитарного Университета на странице "Новомученики и Исповедники Русской Православной Церкви XX века". Вместе с Николаем Алексеевичем родословной Руфицких занимался Всеволод Михайлович Руфицкий - внук священника Василия Михайловича Руфицкого, репрессированного в 1930 г. Всеволод Михайлович издал небольшую книгу "Родословная Руфицких". Он пытался составить очень "глубокую" родословную, старался выявить все многочисленные ветви "Родового дерева". И отчасти, ему это сделать удалось. Такие же "высокие" цели ставил перед собой и Николай Алексеевич. В результате, свою работу он закончить не успел, и оставил лишь множество черновиков схем родословной, ксерокопии архивных документов, фотографий, переписку и черновые записи. Я считаю возможным опубликовать на данном сайте сведения, которые касаются моих ближайших родственников и тех моих дальних родных, с которыми я был сам знаком и о которых могу сказать хотя бы пару слов. Но некоторые данные я просто перенес из черновиков отца без проверки. Думаю, что для моих детей и внуков вся эта информация будет представлять интерес. А уж если захотят сами что-то уточнять, углублять и расширять, то буду только рад, дерзайте!

	

4.1 Главная схема родословной, родные и близкие люди

4.1.1 Если в схемах родословной выделять отдельный графический элемент (прямоугольник) для каждого родственника, или даже для пары - мужа и жены, схемы родословной получаются довольно"громоздкими". Мне представляется более логичным, информативным и компактным выделение отдельного графического элемента для семьи, состоящей из мужа, жены и детей. По детям, на мой взгляд, в этом элементе достаточно указывать только год рождения, а более детальную информацию, при необходимости, выносить в отдельные элементы этой же или другой отдельной схемы, либо приводить по тексту. 4.1.2 Схема 1 является главной схемой родословной Николая Алексеевича Руфицкого. На схеме 1 представлены прямые родственные связи, отражающие происхождение и ближайшее родство детей, внуков и правнуков Николая Алексеевича. Схема 1 4.1.3 Более чем скупые сведения о бабушках и дедушках Николая Алексеевича - Руфицком Михаиле Ивановиче, Руфицкой (Сперанской) Анне Васильевне, Робустове Аполлон Ивановиче и Робустовой (Смирновой) Любовь Ивановне, приведены в разделе
"Родители и детство", в подразделе 1.2. Они частично дополнены в подразделах 4.2 и 4.3 этой страницы сайта. В эти же подразделы (4.2, 4.3) включены известные сведения о дядюшках и тетушках Николая Алексеевича, а также о его двоюродных братьях, сестрах и племянниках, - все на основе материалов, собранных Николаем Алексеевичем в процессе работы над родословной. О родителях Николая Алексеевича достаточно подробно рассказано в разделах "Родители и детство" и "Годы молодые" данного сайта. 4.1.4 Об отце жены Николая Алексеевича - Вавилове Герасиме Федоровиче, практически никаких подробных биографических данных не сохранилось, кроме нескольких фотографий, открытых писем (открыток), справок из отдела кадров завода "Серп и молот", на котором он работал, да обрывков воспоминаний. О Герасиме Федоровиче уже сказано несколько слов в подразделе "Годы молодые" п.п.2.3.1, 2.3.4. Приведу его сохранившиеся фотографии. Фото 17.07.37 года В комнате на Пятницкой От себя могу только добавить, что моя бабушка Марфа, как-то сказала мне, что дед Герасим очень долго служил на флоте мотористом, а по возвращению с флота, пошел работать на завод. На заводе деду и выделили 20-ти метровую комнату на Пятницкой улице в доме №43 в коммунальной квартире №6. В этой же квартире в дальнейшем, после бракосочетания с моей мамой - Антониной Герасимовной, и поселился мой отец. Несколько раз дед отдыхал в санаториях "Кавказских минеральных вод", а также в доме отдыха под Москвой в Дорохово, полагаю, по заводским путевкам. Остались открытки, которые он прислал жене и дочери с короткими строчками впечатлений от лечения и отдыха. Эти открытки, как и сохранившиеся фотографии, тоже своего рода свидетели времени. Теща Николая Алексеевича - Вавилова Марфа Ивановна прожила до 80 лет вместе с дочерью и зятем, вырастила их детей - мою сестру Марину и меня, готовила завтраки, обеды, ужины, вела домашнее хозяйство. Невозможно забыть, как в послевоенные годы бабушка Марфа брала меня с собой для записи в очередь за мукой. Мне, 3-4 летнему ребенку, также как и ей, писали на руке чернильным карандашем номер очереди, по которому потом выдавали один или два (не помню) пакета муки. Самое интересное, что муку продавали все чаще и чаще, она в доме скапливалась, и бабушка Марфа стремилась ее побыстрее использовать - без конца пекла пироги, в основном с капустой, на большом противне. Еще ее коронным изделием был торт "Наполеон", который бабушка выпекала на том же противне. Вместо крема, естественно, использовалась сгущенка, после войны банки сгущенки вместе с банками крабов "оккупировали" полки магазинов. Пироги с капустой очень любил мой отец, а вот мы с сестрой, предпочитали "Наполеон". Вот какой была Марфа Ивановна Вавилова уже на склоне лет в 60-е годы. Сохранился письменный отзыв о бабушке Марфе ее соседки по квартире Елены Григорьевны Гуськовой. Отзыв потребовали в какой-то инстанции, когда мама хлопотала о переезде бабушки в освободившуюся комнату в соседнем доме на Октябрьском поле. Вот такую светлую память оставила о себе бабушка Марфа у своих соседей. Хотелось бы побольше рассказать о Марфе Ивановне - ведь она была рядом с Николаем Алексеевичем более 30 лет, являлась для него по-настоящему близким человеком, и я не помню, чтобы между ними были какие-либо конфликты или недопонимания. Она очень уважала отца, "Коля" для нее всегда был главным в семье. Может и сказалось крестьянское воспитание - она родилась в деревне Подсолнечная под Солнечногорском. Об отце бабушки Марфы я ничего не слышал, а вот ее мать была очень богомольная, в конце жизни, в середине 50-х годов, характер у нее очень испортился. Тетя Катя - родная сестра бабушки, жившая вместе с матерью все в той же деревне Подсолнечная, приезжала к нам на Октябрьское поле и очень жаловалась на мать. Но у бабушки Марфы было и своих забот достаточно, она только кивала в ответ, но помочь ничем не могла. Бабушку Марфу в очень раннем возрасте отправили в Москву к богатой тетке работать прислугой. Об этом периоде ее жизни никто в нашей семье ничего рассказывал. Но от мамы я слышал, что когда бабушка вышла замуж за Герасима Федоровича, тетка снабдила ее приданным - две большие картины в "богатых" рамках, написанные маслом (художники, понятно, не известны), ковер с изображением сцены сватовства знатного купца, какая-то посуда, столовые приборы, наверное и одежда и бельё - все как положено. По поводу знакомства бабушки Марфы с дедом Герасимом у меня очень давно возникло предположение, что оно произошло где-то на Воробьевых горах. Дело в том, что в начале 50-х годов, каждую весну, в мае, бабушка брала меня с собой в путешествие на Воробьевы горы. Мы шли пешком по Пятницкой до Серпуховки, потом ехали каким-то траспортом до Парка Горького, затем садились на речной трамвай и доезжали до Воробьевых гор. Там высаживались, бабушка Марфа садилась на склон Москва-реки, покрытый свежей проросшей травой,смотрела куда-то вдаль, грызла семечки и думала о чем-то своем. Я в это время прыгал где-то поблизости. Очень скоро подходил речной трамвай, отправлявшийся в обратный путь, и мы возвращались. Я всегда удивлялся, почему мы так мало погуляли на Воробьевых горах, да и зачем мы именно туда приезжали, но на мои вопросы бабушка отмалчивалась. Сейчас я предполагаю, что там, на склоне реки, она вспоминала свою молодость, для того и приезжала туда, а может это и не так... До "самозабвения" Марфа Ивановна любила свою единственную дочку Тоню, с нетерпением ждала ее с работы, чтобы поделиться новостями, готовила к приходу Тони ее любимую селедку, засыпанную зеленым луком. Не так давно мне попалась замечательная открытка, которую Марфа Ивановна подарила своей любимой доченьке 15 ноября 1929 года. Это своего рода материнское напутствие молодой девушке. И следуя материнскому совету, Антонина Герасимовна сделала правильный выбор, выйдя замуж за Николая Алексеевича. Приведу символическую фотографию, на которой мои родители запечатлены идущими вместе по "дороге жизни". Снимок сделан в начале 60-х годов, недалеко от нашей дачи в Апрелевке. Справа течет небольшая речка - Десна, слева забор пионерского лагеря Апрелевского завода грампластинок, родители идут по узкой тропинке, о чем-то беседуют. Мама и отец возвращаются в Москву с дачного участка, который расположен на противоположном берегу реки. Так и прошли рядом всю жизнь, сохранив и любовь и уважение друг к другу. 4.1.5 Замечательные фотографии нашей мамы - Вавиловой Антонины Герасимовны представлены в пунктах 2.1.2 и 2.1.7, а также в разделе 5. Наша мама очень любила и нас и отца, заботилась и о нас и об отце. Но кроме нас у нее еще было очень много хороших подруг, с которыми она постоянно поддерживала связь. Некоторые из них стали настоящими близкими и родными людьми для всей нашей семьи. К таким подругам в первую очередь относилась Людмила Михайловна Аладьева (Лемина). С ней мама была знакома еще со времен "ссылки" на Балхаш, в конце 30-х годов работала вместе с ней в проектной конторе треста строительства набережных. В маминых архивах сохранились несколько фотографий, сделанных летом 1938 г. На первой фотографии моя будущая мама - Антонина Герасимовна (крайняя слева) вместе с подругами по работе. На обороте фотографии мама написала: Лето 1938 год. Лина Хоро, Люся Лемина, Маруся Рисман и Я в проектной конторе треста ст-ва набережных. В 1938 году проходили первые выборы в Верховный Совет РСФСР. Сотрудники проектной конторы привлекались к организации проведения выборов. Маме и ее подругам по работе было поручено следить за детьми на детской площадке перед избирательным участком. На обороте этой фотографии также мамина запись: 1938 г. На участке Коминтерновского района в день выборов в Верховный Совет РСФСР, депутат Орлов. На заднем плане виден огромный транспарант - "ПЛАМЕННЫЙ ПРИВЕТ ТВОРЦУ ВЕЛИКОЙ КОНСТИТУЦИИ СТРАНЫ СОЦИАЛИЗМА ЛЮБИМОМУ СТАЛИНУ" - впечатляющее свидетельство времени. Крайняя справа на этой фотографии, с маленьким ребенком на руках, - Людмила Михайловна, рядом с ней - Маруся Рисман, мама - крайняя слева. Тетя Люся была чрезвычайно разумная и уверенная в себе женщина, всю жизнь с большой заботой относилась ко всей нашей семье и искренне любила мою маму и отца. Отец говорил мне, что именно она настояла на том, чтобы они "сбежали" с Балхаша (см. п. 2.1.3). Ей и самой, незадолго до этого, помог выехать с Балхаша знакомый железнодорожник. Муж тети Люси - Алексей Тимофеевич Аладьев (для нас с сестрой дядя Леша), также был строитель - проектировщик, работал на ответственных должностях, в последние годы (семидесятые - восьмидесятые), руководил Гидропроектом (высотное здание на развилке Волоколамского и Ленинградского шоссе, на Соколе). Сохранилась фотография этих двух замечательных людей. Среди близких подруг мамы хотел бы упомянуть Евдокию Михайловну Позднову (тетю Дусю), Аракс Степановну Малхасян (тетю Аракс), Инну Николаевну, Калерию Леонидовну, тетю Сашу Бабайцеву, тетю Соню из Запорожья (знакомая мамы и папы по Каменск-Уральскому). Это те женщины, которых я лично видел и которые относились ко мне как к сыну. Они были частыми гостями у нас дома и в Москве, на Октябрьском поле, и в Апрелевке на даче. На следующей фотографии Аракс Степановна (слева), Евдокия Михайловна в центре) и моя мама Антонина Герасимовна (справа) запечатлены в окресностях дачи, на фоне красивой церкви, расположенной в селе Афинеево. Снимок сделан летом 1968 года. Подробно о самой маме, о моей сестре, о себе, моем племяннике, моих детях и внуках - ближайших родных Николая Алексеевича, я написал в разделе "Семья". 4.1.6 А вот что сам Николай Алексеевич написал о своих "новых близких людях" - родителях моей жены Ольги, в день юбилея Советской армии 23.02.1998 г. Когда началась Великая Отечественная Война, лучшие люди, и в первую очередь члены партии, ушли на фронт и по мобилизации и добровольно. В числе патриотов Родины были и Людмила Яковлевна и Аркадий Борисович. Война сыграла большую роль в их дальнейшей жизни. Там они встретились, познакомились, полюбили друг друга, а к концу войны поженились. После окончания войны у них родилась любимая дочка, которую они назвали Оля. Людмила Яковлевна связала свою жизнь с медициной, перед войной она закончила медицинский институт в Ленинграде, прошла всю войну в полевых госпиталях. После войны закончила аспирантуру, стала известным не только в нашей стране, но и за рубежом, ученым - вирусологом, доктором медицинских наук, заведующей лабораторией в Институте Вирусологии Академии медицинских наук. Она, жертвуя своим здоровьем, и даже с угрозой для жизни, проводила опасные исследования. Это была мужественная женщина, которую закалила война. Она вырастила хорошую дочь, такую же упорную в достижении цели, ставшую хорошим специалистом, кандидатом технических наук, которая родила сына Сережу и дочку, назвав ее Люсей в честь своей любимой мамы Людмилы Яковлевны. Папа Оли - Аркадий Борисович, закончил Литературный институт. В начале войны Аркадия Борисовича направили в военное училище, где он получил военную специальность - минер. По окончанию училища его направили на фронт, в действующие части. Закончил войну он в Кенигсберге. После войны написал книги о судьбах мужественных фронтовиков, перенесших невероятные муки и выживших. Многие из этих фронтовиков стали большими хозяйственными руководителями. Аркадий Борисович много уделял времени воспитанию внука Сережи и очень любил свою маленькую внучку Люсю. Он всю жизнь старался помогать Людмиле Яковлевне по хозяйству, ценя ее время, отдаваемое науке, и трепетно ухаживал за ней, когда она бывала больна. После войны, Людмила Яковлевна приняла как родного, сына Аркадия Борисовича от первой жены - Бориса (родился 30 августа 1938 года). Всю войну Борис находился в детдоме, так как его родная мать была в заключении по политическому обвинению (реабилитирована в конце 50-х годов). Борис - потрясающе добрый, общительный и порядочный человек. Он "попутешествовал" по миру, к сожалению, так и не обзавелся семьей, сейчас живет в Подмосковье, поддерживая с нами тесные, родственные отношения. Несколько слов о родителях Людмилы Яковлевны - Гонорском Якове Николаевиче и Гонорской (Успенской) Нине Васильевне. Яков Николаевич работал инспектором народных училищ г.Арзамаса, потом директором техникума, а Нина Васильевна - учительницей младших классов в Арзамасской школе. У них, кроме дочери, был старший сын Павел, ставший морским офицером, капитаном первого ранга. Он со своей семьей всю жизнь прожил в Ленинграде. Нина Васильевна родилась в семье священника Успенского, служившего в селе Терюшево Нижегородской губернии. Не исключено, что она является родственницей супруги Руфицкого Сергея Михайловича (см.п.4.2.8), хотя фамилия Успенский является очень распространенной и возможно просто совпадение фамилий. В начале 50-х годов Людмила Яковлевна вместе с мужем и детьми приезжала в гости к своим родителям в Арзамас. Там была сделана замечательная семейная фотография. На фотографии слева направо: Аркадий Борисович, Оля, Борис, Яков Николаевич, Людмила Яковлевна, Нина Васильевна. О родителях Аркадия Борисовича нам с женой известно лишь то, что они до войны жили в Иркутске, затем, перед самой войной, им вдруг захотелось в теплые края - надоели холода, и они перехали из Иркутска в Симферополь. Через некоторое время после переезда, отец Аркадия Борисовича умер от инсульта, а мать Аркадия Борисовича и его старшая сестра, вместе с мужем и детьми, с приходом в Крым немцев были расстреляны.

4.2 Родственные связи по линиям Руфицких

4.2.1 В данном подразделе представены родственные связи Николая Алексеевича по линиям Руфицких, относящиеся к детям, внукам и правнукам его дядей - священников Василия Михайловича, Александра Михайловича, Сергея Михайловича и Михаила Михайловича Руфицких. 4.2.2 Родословная Руфицких по линии священника Василия Михайловича Руфицкого представлена на Схеме 2. Схема 2 4.2.3 Работая над составлением родословной, Николай Алексеевич обменивался письмами с Федотовой (Дахнович) Ларисой Васильевной - дочерью своей двоюродной сестры Валентины Васильевны Дахнович (Руфицкой). Лариса Васильевна прислала несколько старых фотографий из альбома своей мамы. Эти фотографии интересны не только запечатленными лицами, но и тем, что они датированы и подписаны с обратной стороны, что позволяют увидеть и сопостависть с прошедшим временем образы людей, упомянутых на схеме 2. Приведу пару фотографий из присланных. Фото 2 датировано 1939 годом. Фото 2 На фото 2 слева направо запечатлены: Руфицкая (Агафонова) Татьяна Ивановна - жена Михаила Васильевича Руфицкого, Валентина Васильевна Дахнович (Руфицкая), Ольга Семеновна Руфицкая (Любимова) - мать Валентины Васильевны и Михаила Васильевича, Руфицкий Всеволод Михайлович, Руфицкий Михаил Васильевич, Дахнович Василий Александрович, Дахнович Лариса Васильевна. Фото 3 датировано 1969 годом. Фото 3 На фото 3 запечатлены Валентина Васильевна (слева) и Василий Александрович (справа) Дахновичи со своей дочерью Ларисой Васильевной Федотовой (Дахнович) и внучкой Миланой Игоревной Федотовой. Многие из присланных фотографий Николай Алексеевич Руфицкий намеревался поместить в книгу родословной Руфицких, но сделать это не успел. 4.2.4 Николай Алексеевич писал, что к ним в гости в Покров приезжал его двоюродный брат - Михаил Васильевич Руфицкий, который работал учителем в поселке Оргтруд под г.Владимиром (см.п. 1.3.10). Сын Михаила Васильевича - Всеволод Михайлович Руфицкий, в своей книге "Родословная Руфицких" опубликовал подробную информацию о своих ближайших родственниках, а также о верхних и боковых ветвях своей родословной. Скорее всего, эту информацию Николай Алексеевич частично использовал и в своих схемах Родословной. 10 августа 1997 года Всеволод Михайлович принимал Николая Алексеевича у себя в гостях во Владимире. На этой встрече была сделана фотография (см.фото 4). Полагаю, что снимок сделал кто-то из внуков Всеволода Михайловича. Фото 4 Слева направо сидят: Михаил Всеволодович Руфицкий, Елена Всеволодовна Руфицкая, Всеволод Михайлович Руфицкий, Николай Алексеевич Руфицкий, Антонина Петровна Руфицкая (Поливода). К моему большому сожалению, я не был знаком с Михаилом Всеволодовичем Руфицким, не довелось, а ведь у нас с ним были общие профессиональные интересы и было о чем поговорить. Он неожиданно, безвременно ушел из жизни, и я только совсем недавно узнал об этом из интернета. Не знаком я и с Еленой Всеволодовной, хотя слышал, что она общалась с моей сестрой Мариной, приезжая в Москву, останавливалась у нее. Николай Алексеевич очень любил шахматы и в своих записках всегда, с некоторой долей гордости, упоминал о том, что Елена - известная советская шахматистка и в настоящее время руководит шахматной школой во Владимире. А вот с Всеволодом Михайловичем мы с моей женой Ольгой и дочерью Люсей были знакомы. Он был у нас в гостях, в квартире на Большом Тишинском переулке, вел с нами переписку, без конца приглашал к себе в гости во Владимир. Тоже как-то не получилось подъехать, - дела, заботы. 4.2.5 Отношения между моим отцом - Николаем Алексеевичем и его двоюродным племянником - Всеволодом Михайловичем были в последние годы, как-бы сказать, не совсем "гладкими". Всеволод Михайлович крайне категорично и отрицательно был настроен против "коммунистов", к каковым он относил всех, кто поддерживал Советскую Власть. Понять его, несомненно можно, во многом он, без сомнения, прав, но также можно и во многом с ним не соглашаться - все мы грешные и кто знает, какие грехи прощены ушедшим людям, а какие нет. И если допустить, что смысл жизни человека состоит в росте его души, то можно с уверенностью утверждать, что росту души в наибольшей степени способствуют позитивные утверждения, возвышающие душу, а не категоричные отрицания чего-либо, хотя вообще без отрицаний тоже обойтись невозможно - так устроен наш мир. Хотелось бы, чтобы внуки Всеволода Михайловича сделали "Памятный сайт" о своем деде и опубликовали на этом сайте воспоминания о Всеволоде Михайловиче и его близких, а также книгу Всеволода Михайловича, над которой он трудился вместе с внуками последние годы своей жизни. Я даже не сомневаюсь, что они так и сделают. И несмотря на трагическое прошлое наших предков, желательно написать сайт в положительной или нейтральной "тональности", ведь это будет "электронный памятник"! 4.2.6 По линии священника Александра Михайловича Руфицкого никаких схем родословной составлять не требуется. О его супруге фактически ничего не известно - ни имени, ни происхождения, ни даты рождения. Известно о дочери Александра Михайловича - Тоне. Она родилась в 1898 г. в селе Воспушка, где служил её отец, назначенный туда после смерти своего отца - Руфицкого Михаила Ивановича. Долгое время Антонина Александровна жила со своими тетями и двоюродными сестрами в селе Воспушка, в последствии поселилась в селе Леоново под г. Петушки. Сохранилась фотография Александра Михайловича Руфицкого вместе с женой и дочерью, очевидно Тоней (см.фото 5). Фото 5 На этом снимке Тоне год - полтора, значит сделан снимок в 1899 или 1900 году. Своих детей у Антонины Александровны не было, и она, как сына, любила своего младшего двоюродного брата - Колю, который призжал в Воспушку на каникулы. В середине декабря 1970 года Антонина Александровна прислала Николаю Алексеевичу письмо, в конверт которого была вложена поздравительная открытка. Антонина Александровна поздравила моего отца с его "личным праздником" - днем поминовения Николая Чудотворца, который отмечается 19 декабря, а также с наступающим Новым Годом. В письме она упрекает отца в том, что он не поддерживает с ними связь. Она пишет: Неужели тебе никогда не приходит на память все то, что было прожито в Воспушке? Когда то ты проводил у нас зимние каникулы. Как весело в "ветхой" Матрениной шубенке ты ездил "на лотке" с горы с друзьями мальчишками и полный радостных впечатлений приходил такой ласковый домой, где все тебя любили и было за что! Под старость у многих полно таких воспоминаний. Успенский Шура из Якутска перебрались во Владимир. Он очень ко мне родственен. Целую. Тоня. Владимирская об. Петушки п/о Леоново мне. У отца в то время было очень много забот - дочь Марина вышла замуж, весной 1970 г. родила сына Колю, жила с мужем в родительской двухкомнеатной квартире на Октябрьском поле, дача, работа. Несколько лет назад отец разыскал своих родственников по материнской линии и поддерживал с ними связь, а о делах своих двоюродных сестер по отцовской линии, узнавал от Веры Сергеевны Васильевой (Руфицкой), с которой часто встречался. Может он и был виноват перед своей двоюродной сестрой Тоней, но Бог ему судья. На фотографии, сделанной после войны (фото 6), Антонина Александровна стоит вторая справа. Рядом с ней, крайняя справа, - Матрена, "ветхую шубенку" которой она упоминает в своем письме. Что за мальчик на этой фотографии - неизвестно. А вот имена остальных женщин мой отец подписал. Фото 6. Слева направо: Надежда Михайловна Сергиевская (Руфицкая) - тетя Антонины Александровны и моего отца, Нина Сергеевна Огнева (Руфицкая) - двоюродная сестра Антонины Александровны и моего отца, Мария Михайловна Руфицкая - родная сестра Надежды Михайловны, тетя Антонины Александровны и моего отца. Антонина Александровна Руфицкая ушла из жизни 21.06.1977 г. 4.2.7 Родословная Руфицких по линии священника Сергея Михайловича Руфицкого представлена на Схеме 3. Схема 3 4.2.8 Сергей Михайлович Руфицкий после окончания Владимирской духовной семинарии с 1904 по 1907 гг. работал школьным учителем в селе Акулово, затем, с 1907 по 1919 гг. был настоятелем в храме села Седиково. После выхода на пенсию Александра Сергиевского - настоятеля храма в селе Иваново, Сергей Михайлович был назначен на его место, где и жил со своей семьей до осени 1937 года. Старшая и средняя дочери Сергея Михайловича - Нина и Вера, родились соответственно в 1908 и 1912 году, очевидно в селе Седиково (там и зарегистрированы в церковных книгах), а вот младшая дочь Мария родилась в 1922 году, в Иванове. Тогда уже существовали ЗАГС-ы, где детей регистрировали. При выдаче паспортов детей вписывали в паспорт одного из родителей. В 1936 году, при выдаче паспорта Сергею Михайловичу, Марию вписали в паспорт отца. На фото 7 Сергей Михайлович сфотографировался с женой и старшей дочерью Ниной. Поскольку по фотографии Нине приблизительно 6-7 лет, можно предполагать, что фото 7 сделано в 1914-15 году. Фото 7 Большой интерес представляет общая фотография братьев - священников (фото 8). Эту фотографию мой отец и Всеволод Михайлович датируют 11 сентября 1909 года, но мне кажется, что она сделана несколько ранее. Фото 8 На фото 8 в первом ряду слева направо сидят: Сергей Михайлович, его жена Софья (так ее звали по предположению Елены Васильевны Михайловой - внучки Сергея Михайловича), Валентина Васильевна - дочь Василия Михайловича, Ольга Семеновна Руфицкая (Любимова) - жена Василия Михайловича. Во втором ряду слева направо стоят: Шура Успенский (так полагал мой отец), Александр Михайлович, Василий Михайлович, и по предположению моего отца, - Успенский Алексей Степанович, отец Шуры и брат жены Сергея Михайловича. Николай Алексеевич предполагал также, что этот сномок сделан после бракосочетания Сергея Михайловича Руфицкого с сестрой Алексея Степановича Успенского, надо понимать - Софьей Степановной. Но так ли это на самом деле, неизвестно. Если да, то фотография должна датироваться 1907 или 1908 годом, так как старшая дочь Сергея Михайловича - Нина, родилась в 1908 году. Сергея Михайловича в жизни постигла такая же трагическая участь, как и трех его старших братьев - Василия, Михаила и Александра. 17 ноября 1937 года он был арестован, 18 ноября заполнил анкету арестованного, 19 ноября допрошен, 21 ноября - приговор тройки, 27 ноября - расстрел. Похоронен на полигоне в Бутово. Реабилитирован 30 июня 1989 года. Невозможно без боли читать документы, полученные моим отцом от ФСБ по его запросам. Это и паспорт Сергея Михайловича, и ксерокопии анкеты арестованного, показаний обвиняемого, обвинительного заключения. Все делалось как бы по закону - в то время эти законы были именно такими, по сути - жестокими законами военного времени. И до сих пор, смириться со всем этим невозможно, хотя и прошло много лет. Я считаю своим долгом опубликовать все полученные от ФСБ документы. Это очень тяжелая страница Истории нашей страны, но слава Богу, она перевернута. А вот письмо, полученное внучкой священника Василия Михайловича - Ларисой Васильевной Федотовой (Дахнович), от Группы реабилитации. Вот так. Не могу только понять, как получилось, что местные следователи не заставили Сергея Михайловича вписать в анкету свою жену и дочерей, хотя бы Марию, которая была записана в паспорте Сергея Михайловича, все остальные - только в церковных книгах, поднимать которые было бесполезно. Вероятнее всего, следователи очень торопились, "дел" то было невпроворот. А может, Сергею Михайловичу удалось уговорить следователя о замене дочери на сестру - Надежду Михайловну Сергиевскую (Руфицкую), которая то ли жила вместе с ним тогда в селе Иваново, то ли нет? Во всяком случае, она в 1926 году посылала письма моему отцу из г. Владимира (см.фото 9) и, очевидно, жила там в 20-е годы. Фото 9. В 30-х годах Надежда Михайловна переехала из Владимира скорее всего в Воспушку, а может сначала и в Иваново, но до ареста Сергея Михайловича или после, я не знаю. Можно предполагать, что указывая в анкете именно Надежду Михайловну в качестве единственного члена своей семьи, Сергей Михайлович надеялся, что ее не найдут. 4.2.9 И что характерно, молодежь, к счастью, не знала, или старалась не вспоминать, обо всем этом ужасе, жили, веселились, рождали и воспитывали детей. Три дочери Сергея Михайловича - Нина, Вера и Мария были очень дружны между собой, вышли замуж и прожили вместе со своими мужьями отведенную им жизнь. Не тронули (или не нашли) и Надежду Михайловну Сергиевскую (Руфицкую). Она, кстати, была замужем за Александром Сергиевским, который был настоятелем церкви в селе Иваново до Сергея Михайловича. В 1939 году, всего через 2 года после ареста Сергея Михайловича, была сделана фотография (фото 10), на которой запечатлены его счастливые дочери - красавицы Нина и Мария (стоят в верхнем ряду). Похоже, что они ничего не знают о несчастной участи отца, и это ведь просто милость Господа! Фото 10. К сожалению, на обороте фото 10 , кроме даты "1939 год", никаких записей нет. Но на снимке легко узнается Антонина Александровна (сидит крайняя справа). Крайняя слева, сидит ее тетя - Мария Михайловна Руфицкая (надеюсь, что не ошибся). Как я предполагаю, в середине сидит мама Антонины Александровны (вдова Александра Михайловича), возможно она тоже жила тогда в Воспушке или приехала в гости. Детей я, конечно назвать не могу. Вот еще один снимок от 21 июля 1939 года (фото 11). Фото 11. На этом снимке в первом ряду сидят слева направо: Антонина Александровна, Огнев Андрей Васильевич - муж Нины Сергеевны, Нина Сергеевна. Во втором ряду, справа стоит Мария Сергеевна. О паре во втором ряду ничего не известно. 4.2.10 В 1951 году, 12 июля, в Воспушке, был сделан еще один снимок "прекрасной половины" рода Руфицких (фото 12). Фото 12. В первом ряду сидят Антонина Александровна и Нина Сергеевна. Слева стоит, полагаю, Надежда Михайловна, а рядом с ней - Мария Сергеевна с мужем Василием Александровичем Базулевым. Он проживал в Москве и работал учителем рисования. 4.2.11 У всех быстро пролетают молодые годы, а уж следующие и подавно, время никого не щадит. Вот фотография от 23 июня 1973 года (фото 13). Фото 13. Слева направо сидят Мария Сергеевна, Мария Михайловна и Антонина Александровна. 4.2.12 В разделе
"Годы молодые" п.2.1.4 несколько слов сказано о двоюродной сестре Николая Алексеевича, средней дочери Сергея Михайловича - Вере Сергеевне, приведена ее фотография и ее мужа - Васильева Михаила Васильевича. Еще раз повторюсь, что для нашей семьи они были близкими родными и друзьями, как пишет отец, - с Верочкой и Мишей встречались, как правило, по юбилейным торжествам и на даче в летнее время . Вера Сергеевна и Михаил Васильевич регулярно посещали Воспушку, а потом и Леоново, заботились и поддерживали своих родных. Ниже приведены две фотографии, сделанные во время таких посещений (фото 14 и 15). Фото 14. Фото 15. На фото 15 в верхнем ряду стоят слева направо Мария Михайловна, Антонина Александровна и Нина Сергеевна. В среднем ряду сидят Вера Сергеевна и Огнев Андрей Васильевич - муж Нины Сергеевны. Имена женщин, сидящих в нижнем ряду, мне не известны. На фото 16, сделанным в 70-е годы, Вера Сергеевна "застигнута" фотографом (возможно внуком) в какой-то неожиданный момент. Фото 16. Михаил Васильевич был большим любителем автомобилей. Я хорошо запомнил его "Москвич-401", на котором он летом, в начале 50-х годов привозил к нам на дачу в Веледниково, под Павловской Слободой, Веру Сергеевну и моих родителей. Как они там умещались, ума не приложу - все были достаточно полными. Как-то приехали поздней ночью, в проливной дождь, по дороге застряли, и я слышал, как мама жаловалась бабушке Марфе, что отец и Миша, после безуспешных попыток вытащить машину, начали отмечать встречу прямо на дороге, в застрявшем "Москвиче", и остались в нем ночевать, чтобы не украли вещи, а она и Вера добрались до дачи пешком. Говорила про какую-то "целую бутылку водки". Тогда я не вполне понимал, о чем речь, но сейчас могу себе представить всю эту "веселую картину". На утро, как я помню, с помощью трактора, машину доставили к месту назначения. Возможно, что следующая фотография сделана именно в тот приезд. Фото 17. На фото 17 слева направо стоят: Марфа Ивановна и Антонина Герасимовна Вавиловы, Вера Сергеевна и Михаил Васильевич Васильевы. На заднем плане - дочь хозяйки дома, который мои родители снимали на лето. В дальнейшем, Михаил Васильевич приобрел "иномарку", которую ему удалось добыть "по своим каналам". Раньше я об этом слышал, но никогда не видел этой машины. И вот, наконец, нашлась фотография Михаила Васильевича на фоне "иномарки" фото 18. Фото 18. На втором плане, похоже, мой троюродный брат Сергей (в центре) - сын дяди Миши и тети Веры, танцует рок-н-ролл со своим приятелем. В детстве и юности мне Сергей очень нравился, у него на лице всегда была "написана" какая-то внутренняя доброта и веселость, мне даже сына своего хотелось почему-то назвать именно Сергеем, так и получилось. А в "иномарке", на заднем сиденье, кажется проглядывается сын Сергея Михайловича - Михаил Сергеевич 1966 года рождения. 4.2.13 Елена Васильевна Михайлова (Базулева) - дочь двоюродной сестры моего отца Марии Сергеевны Базулевой (Руфицкой), в конце 90-х годов, прислала моему отцу несколько фотографий из семейных альбомов своей мамы. Некоторые из этих фотографий опубликованы на данной странице сайта. Но никаких записок о жизни самой Марии Сергеевны и ее близких, к сожалению, отец не оставил. Возможно, в дальнейшем, мне, или кому-то другому, удастся восполнить этот пробел. 4.2.14 Я уже писал ранее в п.1.2.5, что работая над составлением своей родословной, мой отец узнал о существовании еще одного своего дяди - священника Михаила Михайловича Руфицкого, полагаю не без помощи своего племянника - Всеволода Михайловича. В 1999 году отец установил тесную переписку с сыном Михаила Михайловича, своим двоюродным братом, Анатолием Михайловичем, который жил в г. Сумы. Анатолий Михайлович прожил не простую жизнь, в последние годы очень беспокоился о судьбе своей любимой Украины, делился своим беспокойством с моим отцом и находил у него поддержку, рассказывал в письмах о своей жизни, работе, учебе, участии в Великой Отечественной войне. В одном из писем в 2001 г. Анатолий Михайлович прислал моему отцу схему своей родословной. Вот эта схема. Как пишет Анатолий Михайлович, его мать - Руфицкая (Романовская) Александра Николаевна (1879-1947 гг.) до конца жизни жила с дочерью Лидой в Нижнем Тагиле. У Лидии Михайловны был сын Аркадий, который закончил Сумское артиллерийское училище, получив воинское звание лейтенанта. Определил его в училище Анатолий Михайлович, поддерживавший родственные связи со своей сестрой. Лидия Михайловна умерла в 1984 году, а ее сын Аркадий в 1994 году. Похоронены в Нижнем Тагиле. Анатолий Михайлович более 50-ти лет состоял в КПСС и, как он сам пишет, активно выступал против религии. Как ни странно, он до последних лет хранил в тайне свое происхождение, не расказывал о своем отце даже близким людям. Николай Алексеевич в одном из писем от 08.10.99 г. посоветовал ему "открыться" своим родным: Я думаю, что в настоящее время Вы можете открыть секрет о Вашем происхождении и это не отразится на Вашем общественном положении ветерана и инвалида ВОВ, награжденного многими орденами и медалями. В конце концов, об этом могут знать только Вера Степановна и Ваши дети. Им Вы убедительно можете объяснить, как это в прошлое время могло помешать Вашей учебе и работе. Я в этом не сомневаюсь. Анатолий Михайлович последовал совету Николая Алексеевича и передал книгу "Родословная Руфицких" своей дочери Александре. Саша после прочтения книги сказала своей маме Вере Степановне: "Я горжусь своим отцом". В письме от 24.10.99 г. Анатолий Михайлович пишет моему отцу: "Эта книга хранится у Саши и книгу читают ее друзья и знакомые. После всего этого чувствую себя нормально. Я знаю, Вы одобряете мой поступок". Так счастливо закончилась история с душевным "грузом", который Анатолий Михайлович пронес через всю свою жизнь. И теперь можно без всяких сомнений опубликовать фотографию Анатолия Михайловича рядом с фотографией его родителей и его маленькой сестры. Переписка Николая Алексеевича и Анатолия Михайловича Руфицких обрывается в конце 2001 года, точнее в папке с письмами от родственников последнее из писем датировано 10.09.2001. Возможно были и другие письма, но о них мне ничего не известно. После публикации данного сайта, я получил письмо от Александры Анатольевны - дочери Анатолия Михайловича, в котором она сообщила, что ее отец Анатолий Михайлович ушел из жизни в 2005 году, а ее мама Вера Степановна в 2014 году. Александра Анатольевна отметила, что ее родители высоко ценили дружбу с Николаем Алексеевичем, хотя, к огромному сожалению, она была недолгой.

4.3 Родственные связи по линиям Робустовых

4.3.1 В самом начале 60-х годов мой отец Николай Алексеевич и мама Антонина Герасимовна начали общаться с родственниками по материнской линии отца - Робустовыми. О том, как начались эти родственные контакты, отец пишет следующее. В 1960 году я разыскал единственного оставшегося в живых из 5-ти братьев моей мамы Любовь Аполлоновны - Георгия, самого младшего, жившего в Новосибирске с женой и дочерью, а также 4-х сыновей её умершего старшего брата - Вячеслава, инвалида войны (были ампутированы обе ноги). С его сыновьями - Владиславом, Аполлоном, Дмитрием и Всеволодом, которые были женаты и имели детей (кроме Всеволода) и приходились мне двоюродными братьями, я крепко подружился. На схеме 4 представлен фрагмент родословной Робустовых по линии Аполлона Ивановича и Любовь Ивановны Робустовых - дедушки и бабушки Николая Алексеевича. Схема 4 Об Аполлоне Ивановиче несколько слов уже было сказано в
п. 1.2.2 . Там же приведена копия свидетельства о дворянстве, выданного Аполлону Ивановичу 17 августа 1888 года. Из текста свидетельства следует, что Аполлон Иванович являлся сыном Титулярного Советника Ивана Глебовича Робустова и что его имя внесено в третью часть дворянской родословной книги Владимирской губернии по роду Робустовых. Отцом Любовь Ивановны был священник Георгиевской церкви г. Мурома протоиерей Иван Смирнов. Его супругой была мать Мария. У них было трое детей - дочери Любовь и Александра и сын Алексей. Сохранились фотографии Ивана Смирнова и его жены Марии. Фотография Аполлона Ивановича приведенеа в п. 1.2.2 . Приведу сохранивиеся фотографии Любовь Ивановны и трех ее дочерей (слева направо Сусанна, Мария, Любовь). 4.3.2 Наиболее многочисленное потомство оставил старший сын Аполлона Ивановича и Любовь Ивановны - Вячеслав Аполлонович. На схеме 5 представлены ближайшие родственники по линии Вячеслава Аполлоновича Робустова. Схема 5 Я хорошо запомнил двоюродного брата моего отца - Аполлона Вячеславовича Робустова. Он был летчиком гражданской авиации, летал на ИЛ-18 по маршруту Алма-Ата - Москва и часто заходил к нам в гости в квартиру на Октябрьском поле. Это был очень приятный в общении, исключительно выдержанный и спокойный человек. До сих пор стоят перед глазами огромные, изумительной красоты и замечательного вкуса, яблоки "Алма-атинский апорт", которые он нам привозил. У нас в Москве некоторое время гостила его дочь Виля, сдававшая экзамены в какой-то московский ВУЗ. Она была девушкой привлекательной наружности, на нее часто оглядывались на улице проходящие мужчины. Однажды мы пошли с ней в соседний магазин за продуктами, и мне, молоденькому мальчишке, вдруг стало как-то неловко от этого бесстыдного, на мой взгляд, внимания к Виле. А она воспринимала это с улыбкой, так как, наверное, и следует это воспринимать. В письме от 12.03.2001 г. Аполлон прислал отцу на память свою фотографию вместе с дочерью Виолеттой, сделанную в декабре 2000 года. Грустный взгляд Аполлона Вячеславовича в полной мере отражает его душевное состояние в те годы. Он очень переживал о произошедших в стране политических изменениях, делился своими переживаниями в своих письмах к моему отцу и, конечно, находил у отца полное взаимопонимание. Удивительно, что Аполлон Вячеславович жалел о том, что отдал всю свою жизнь авиации. В сентябре 1999 года, накануне дня рождения Николая Алексеевича, он прислал отцу письмо, которое помимо поздравления, содержало рассказ о том, как авиация помешала ему осуществить свою мечту - стать ветеринарным врачем. Это очень "человечное", честное и откровенное письмо я считаю необходимым опубликовать на этом памятном сайте "Письмо от 21 сентября 1999 года". В переписке отца сохранился также рассказ Аполлона об одном из его полетов во время войны, который должен был закончиться катастрофой,но к счастью, все обошлось - "Полет с перегрузкой". В 80-х годах Аполлон поселился в Краснодаре, в конце 90-х жил с внуком Сережей (полагаю, старшим сыном дочери Татьяны), старался как мог помочь ему в жизни. Скрашивала их жизнь собачка Пеструшка, о которой Аполлон с большой теплотой отзывался в своих письмах. Вот как Аполлон написал о себе и своих близких в письме отцу от 22.12.1997 г. О себе. Живу с внуком Сергеем, 76 года рождения. Он работает токарем, но частенько занят подсобными работами, а потому и заработок низкий. Но и то хорошо, а то много молодежи болтается без работы. Я встаю в 5 ч. 30 м., готовлю завтрак, в 6ч.30 м. бужу Сергея и в этом помогает мне комнатная собачка по кличке Пеструшка. После завтрака Сергей уходит на работу. Я приступаю к завтраку, кормлю собачку, поливаю цветы. У меня растет пахучая герань, ее моль боится. Выпускаю собачку гулять, а по возвращению из прогулки мою ей лапки. Занимаюсь уборкой в квартире. Готовлю обед. Сергей приходит с работы на обед. Опять мою посуду, готовлю опять обед, потом ужин. Опять занимаюсь уборкой и т.д. Хожу на базар заготавливать продукты питания. Белье стираем дома, стиральной машиной. О детях и родных. Нечаевы Виля и Николай (1936 г. р.) - пенсионеры, но пока работают, Виля - программисткой, а Коля - преподавателем по химии в средней школе. Их старший сын Юра 62 г.р. закончил Высшее морское училище и работал начальником радиостанции на пароходе в Южно-Сахалинске, а потом в Новороссийске. Плавал вокруг Африки. Сейчас живет в Новороссийске и работает на земле. Младший сын Саша 75 г.р. закончил заочный институт торговли и сразу попал на службу в армию. Служит в Краснодаре в частях МВД. У меня вторая дочь Татьяна 54 г.р. со вторым сыном - Алекс 89 г.р. выехала с мужем в Танзанию. Пишет, что с питанием все хорошо, но с жилищем тяжело. Вот пока и все. Дочь Аполлона Вячеславовича - Виолетта, вспоминая об отце, написала, что он был умный, хороший рассказчик, говорил только хорошее и его обожали окружающие. Один из фронтовых эпизодов, рассказанных отцом, Виолетта пересказала мне в своем письме. Воевал он на Волховском фронте на По-2, т.е. был воздушным извозчиком. Перевозил снаряды, раненых и все это было на линии фронта. Населенные пункты переходили то к нашим, то к немцам. Когда освободили очередной пункт, Аполлону поручили отвезти туда генерала. Полет проходил благополучно. Чуть-чуть смеркалось. Когда подлетали к аэродрому и пошли на снижение, сердце у Аполлона вдруг растревожилось, что-то очень ладно встречали - много костров, много людей, машут шапками, вроде как наши разгильдяи так не встречают. Решение пришло моментально - он взмыл в небо. И тут же по нему стали стрелять. Он нырнул к лесу и прижался к верхушкам деревьев, чтобы не сбили, а потом летел по руслу реки, стараясь не задеть деревья. Болтанка была сильной, т.к. приходилось вилять. Когда наконец вернулся к своим, его обнимали, целовали, говорили, что он молодец, спас себя, самолет и генерала. Оказалось, что пункт этот только что заняли немцы и Аполлона не успели предупредить. Генерал после приземления жал Аполлону руку и благодарил, потом быстро уехал, т.к. ему было плохо после такой болтанки. За этот полет Аполлона заслуженно наградили. 4.3.3 Кроме Аполлона, отец общался и переписывался с Владиславом и Дмитрием Робустовыми, которые также приходились ему двоюродными братьями. Владислав служил врачем в военной части под Звенигородом. Дмитрий жил в Муроме и работал на Радиозаводе. После окончания 9-го класса, летом 1962 года, я отдыхал на турбазе под Звенигородом и по просьбе отца навестил сыновей Владислава Вячеславовича - Славу и Володю. Они жили с родителями в отдельном небольшом доме, расположенном на берегу Москва-реки. Рядом с домом была разбита большая грядка, на которой зрели помидоры неимоверных размеров - гордость Владислава Вячеславовича. Я пришел в гости вместе со своим приятелем по турбазе Витей Классовым. Нас встретил Слава - старший из сыновей, и сразу же мобилизовал нас с Витей и своего брата Володю на "налимью охоту". Он привел нас на берег Москва-реки, к маленькому пляжу, заполненному купающейся публикой. Река в том месте была очень узкая. Чуть выше по течению, по-середине реки располагался большой земляной валун, заросший растительностью и омываемый рекой со всех сторон. Слава расставил нас вокруг этого валуна и показал нам подводные норы в валуне, выходы из которых мы должны были заткнуть руками. Мы стояли по-грудь и по-шейку в воде и старательно выполняли все его указания, а он сам начал совершать какие-то магические движения на остальных норах, выгоняя налима из валуна. Один раз я даже почувствовал как налим уткнулся носом в одну из моих рук. Все это действо длилось буквально несколько минут. Неожиданно для нас Слава вытащил руками из воды и торжествующе поднял над головой огромного налима. Добычу сразу-же отнесли в дом, где Слава ее разделал, поджарил и подал на стол. Вообще-то я рыбу в то время не очень жаловал, в основном из-за наличия костей, но в налиме их, к моему удивлению, не оказалось. За трапезой нас застала мама Славы и Володи - Кира Дмитриевна, вернувшаяся с работы. Она была приятно удивлена и не скрывала своего удовлетворения от хозяйственной инициативы Славы. Не удивительно, что Слава пошел по стопам своего отца, стал врачем - хирургом, и голова у него прекрасно работала и руки были "золотые". Он закончил в Москве медицинский институт, работал сначала в Боткинской больнице, а затем в городской больнице на Первомайской, заведующим отделением. Не раз мой отец и я обращались к нему за консультациями по части здоровья, и он всегда с большой охотой, буквально по-родственному встречал нас и помогал. К величайшему сожалению, в начале 2000-х годов, в результате несчастного случая, Слава безвременно ушел из жизни. Николай Алексеевич поддерживал также связь, переписывался и встречался с братом и сестрой Славы - Володей и Галей. Володя серьезно занимался составлением родословной Робустовых и мой отец делился с ним имеющимися у него фотографиями и письмами. Он справедливо полагал, что Володя и Галя справятся с задачей составления детальной родословной Робустовых лучше него и расчитывал на это. Надеюсь, что так и получилось. 4.3.4 Особую благодарность я испытываю к Дмитрию Вячеславовичу и вот почему. В самом конце 50-х годов я, как и многие мои сверстники, увлекся радиолюбительством, начал собирать простейшие радиоприемники, с огромным любопытством "ловил" на них зарубежные радиостанции с джазовой музыкой, а также "Голос Америки" и "Свободу". Радиодетали покупал в ближайшем магазине "Радио", расположенном на 6-й улице Октябрьского поля (сейчас улица Бирюзова). С радиодеталями всегда были серьезные проблемы - многого в продаже не было, что-то стоило довольно дорого по тем меркам (деньги приходилось просить у родителей), что-то приходилось покупать из-под полы у спекулянтов. И вот дядя Дима в середине 1961 года присылает мне из Мурома посылку с радиодеталями. Зто был довольно объемный фанерный ящик, в таких обычно присылали фрукты с юга. Ящик был заполнен "драгоценными" радиодеталями - сопротивлениями различных номиналов и мощностей, конденсаторами различных типов и номиналов, в том числе страшно дефицитными - электролитическими, большой емкости. Были там и радиолампы, и диоды и транзисторы, "релюшки", клеммные колодочки, потенциометры и многие другие полезные радиодетали. Я всю жизнь использовал этот "клад" как для своих домашних поделок, так и в профессиональной деятельности (я стал инженером по автоматике и электронике, возможно, благодаря этой помощи дяди Димы). Ящик до сих пор у меня сохранился, я его по прежнему использую для хранения здектрорадиоэлементов, теперь уже совершенно другого уровня сложности, но там еще остались некоторые неиспользованные радиодетали, присланные Дмитрием Вячеславовичем Робустовым. В начале 60-х годов мы с отцом летом совершали "круиз" на речном теплоходе по маршруту Москва - Ярославль - Горький - Муром - Москва. В Горьком мы попросили прохожего сфотографировать нас на фоне устья Оки. В Муроме стоянка нашего теплохода была очень короткой, буквально около часа, а может и меньше. Но мы с отцом все-таки успели забежать на улицу Льва Толстого к Дмитрию Вячеславовичу и Маргарите Ильиничне Робустовым. В доме мы застали не только хозяев, но и еще самого младшего двоюродного брата моего отца - Всеволода Вячеславовича и его супругу Алину Васильевну. Я сделал памятную фотографию во дворе легендарного дома на улице Льва Толстого. На этой фотографии слева направо: Маргарита Ильинична, Дмитрий Вячеславович, Николай Алексеевич, Алина Васильевна и Всеволод Вячеславович. 4.3.5 Супруга Дмитрия Вячеславовича - Маргарита Ильинична, так же как и мой отец, проявляла большой интерес к родословной своих ближайших родственников. И это понятно, она была как бы "связующим центром" всех своих муромских родных. Ей удалось собрать и сохранить многие биографические сведения о роде Робустовых, которые она в 1994 году оформила в виде документа, который назвала "Родословная семейства Робустовых". Родословную Маргарита Ильинична прислала моему отцу в одном из своих писем. Отец очень тепло относился к Маргарите Ильиничне и был благодарен ей за проделанный труд. В одном из ответных писем Маргарите Ильиничне Николай Алексеевич пишет: Мы с Вами (а вернее Вы) заложили основу родословной семейства Робустовых. Дальше ее будут развивать наши дети и внуки. Какие-то ветви прекратят развитие (если у единственных наследников не будет детей), а другие ветви будут развиваться. Материал Маргариты Ильиничны, как пишет отец, использовал Владимир Владиславович Робустов при составлении детальной схемы родословной Робустовых (см. п. 4.3.3), да и схемы 4,5 (см. п.п. 4.3.1, 4.3.2), которые я нарисовал, по сути повторяют биографические данные, собранные Маргаритой Ильиничной. К большому огорчению, в июне 1999 года мы получили из Мурома письмо, в котором наши родные сообщали, что 14.05.1999 г. Маргарита Ильинична ушла из жизни после продолжительной болезни. 4.3.6 Некоторую сложность для меня представляет рассказ о родственниках отца по линии его дяди - Робустова Николая Аполлоновича. Лишь при написании данного сайта я обнаружил папку, в которой отец оставил несколько писем от родственников по этой линии из Ростова на Дону. Отец ничего мне о них не рассказывал, но из писем можно достаточно много узнать, тем более, что ростовские родственники прислали отцу старые фотографии, которые сами по себе говорят о многом. Отдавая дань стараниям моего отца в поисках своих родственников по этой линии, считаю необходимым опубликовать некоторые из присланных фотографий и выдержки из этой переписки, которые дополнят обширную родословную рода Робустовых. 4.3.7 О своих двоюродных братьях - Робустовых Владимире Николаевиче (1924 г.р.) и Всеволоде Николаевиче (1927 г.р.) Николай Алексеевич узнал от Аполлона Вячеславовича (см. п.4.3.2), который в 1998 г. разыскал их близких родственников, проживающих в Ростове на Дону. Упоминала о них и Маргарита Ильинична (п.4.3.5), но Аполлону, в ответ на его запросы и письма, удалось установить связь с женой Всеволода Николаевича - Аленидой Степановной Робустовой, которая прислала Аполлону подробные сведения о своей семье и то, что ей было известно об отце своего мужа - Робустове Николае Аполлоновиче. Николай Алексеевич сразу-же лично связался с Аленидой Степановной и получил от нее письмо, в котором она повторила рассказ о своей семье и сообщила адрес родных Владимира Николаевича Робустова. Письмо написано ясным почерком, очень лаконично, поэтому я решил не перепечатывать и не пересказывать это письмо, а публикую его полную копию. К сожалению, в архивах Николая Алексеевича фотографий, которые обещала прислать Аленида Степановна, я не нашел, возможно она их и не присылала. 4.3.8 По адресу, присланному Аленидой Степановной, в декабре 1998 г., Николай Алексеевич написал письмо Ольге Ефимовне - супруге Владимира Николаевича Робустова, в котором подробно расказал о своих поисках двоюродных братьев и родственных связях со своим дядей - Робустовым Николаем Аполлоновичем (отцом мужа Ольги Ефимовны). В частности, Николай Алексеевич сообщил, что Николай Аполлонович учился в Варшавском университете вместе со своей сестрой Робустовой Любовь Аполлоновной и ее будущим мужем Руфицким Алексеем Михайловичем (родителями Николая Алексеевича). Кроме того, Николай Алексеевич привел выдержку из сохранившегося письма Николая Аполлоновича к сестре Любе от 25 сентября 1925 г. из города Проскурова Каменец-Подольской губернии. В этой выдержке есть интересное упоминание о маленьком сынишке - полагаю, Владимире: "Я все странствую по матушке России и не знаю, когда, наконец, где нибудь прочно осяду. Согласно последнего приказа РВС СССР срок службы врачам, занимащим ответственные административные должности в Красной Армии, продлен до 40-45 лет, ну а мне всего лишь 33 года и служить в Армии еще долго придется. За это время где только я не перебывал: был под Уральском, в Саратове, около Самары, а теперь вот уже 4 года странствую по Украине. Три года тому назад женился и теперь у меня растет сынишка - ему уже 1 год и 5 месяцев: бегает, лепечет, вообще немного развлекает в нашей скучной, томительно медленно тянущейся жизни" Николай Аполлонович очень тепло относился к своей сестре Любовь Аполлоновне, да и у нее он был любимым братом. Отец пишет, что именно Николай Аполлонович познакомил его родителей в Варшаве. В церковной выписке о венчании Робустовой Любовь Аполлоновны и Руфицкого Алексея Михайловича (п.1.1.3) Николай Аполлонович указан как поручитель по невесте. Вот как выглял Николай Аполлонович в молодости, по-видимому в годы учебы. В ноябре 1943 года Николай Аполлонович подарил сыну Володе свою фотографию. 4.3.8 В ответ на письма Николая Алексеевича, дочь Владимира Николаевича и Ольги Ефимовны Робустовых - Ирина Владимировна и их внучка Вика (дочь Ирины Владимировны) прислали фотографии из семейных альбомов и письма, в которых рассказали о жизни Владимира Николаевича и о себе. Их письма публикую отдельными файлами "Письмо Ирины от 03.01.99" , "Письмо Вики от 03.05.99". По примеру отца, в 1948 году, Владимир Николаевич подарил своей маме - Татьяне Федоровне фотографию с дарственной надписью. Весной 1951 г., в годовщину свадьбы сына, Татьяна Федоровна так же подарила Владимиру Николаевичу совместную с ним фотографию с пожеланием здоровья, счастья и благополучного второго года семейной жизни. Время никого не жалеет - стареем, меняемся в лицах, а когда смотрим на свои старые фотографии или фотографии своих родственников, словно переносимся на десятки лет назад, в свою или их молодость и вспоминаем "счастливые моменты жизни". Одним из таких моментов, запечатленным на фотографии Владимира Николаевича Робустова и его молодой жены - Ольги Ефимовны, я и заканчиваю данный раздел сайта.